Обращаясь за защитой своих трудовых прав, истец указал, что в октябре 2023 г. приступил к работе в офисе фирмы ответчика. На основании дополнительного соглашения от 18.12.2024 перешел на удаленную работу. Экземпляр трудового договора работодатель ему не представил. С момента трудоустройства и по май 2025 года истец получал заработную плату, после чего выплаты прекратились. С 17 июня 2025 г. работодатель в одностороннем порядке закрыл ему доступ ко всем удаленным серверам и базам данных фирмы, из-за чего он не мог выполнять свою работу. В июле 2025 г. истцом в адрес ответчика направлено заявление о расторжении трудового договора, в ответ на которое работодатель прислал соглашение о расторжении трудового договора, в котором изложил требования о возвращении ноутбука и других офисных принадлежностей, которые истцу никогда не передавались, сделав невозможным подписание соглашения. 09.09.2025 истец направил работодателю заявление о прекращении трудовых отношений, но юридическое лицо уклоняется от оформления. Со дня ограничения доступа истец находится в трудном материальном положении, так как не может выполнять свою работу у ответчика, а также устроиться на другую, поскольку ответчик не вносит в электронную трудовую книжку истца соответствующую запись.

Придя к выводу об отсутствии обстоятельств, препятствующих удовлетворению исковых требований, суд установил факт прекращения трудовых отношений с 10 сентября 2025 г. по инициативе работника, обязал работодателя внести в трудовую книжку истца сведения об увольнении. В пользу работника взыскана задолженность по заработной плате в размере 82 644,54 руб. В доход местного бюджета с ответчика взыскана государственная пошлина в сумме 7 000 руб.

Объединенная пресс-служба судов общей юрисдикции

8 (49245) 2-58-50